Перейти к основному содержанию

Рябинина Любовь Александровна

1927 г.р.

Личные воспоминания

К началу войны я закончила 6 классов. Жили мы тогда в деревне Сендерево Даниловского района Ярославской области.

У нас был клуб, самодеятельность. Должен был состояться концерт. Вдруг с Ярославля приехала женщина, сказала, что началась война. Председатель колхоза велел снимать афиши, концерт отменили.

Мама была беременна, нас было 5 человек детей. Папа ушел на фронт, воевал на Волховском фронте. Провожали папу всей семьей.

Мы, дети, работали в колхозе. Теребили лен: вытаскивали из земли, складывали в снопы, ставили их в бабки. Потом лен молотили. Было много дальних полей. Лошадей хороших к тому времени взяли на фронт, остались только старые или слабые. С ближних полей ребятишки возили лен на телятах.

После 7 класса я поступила в педагогическое училище в Ярославле. На каникулах мы работали на торфоразработках. А в учебном году ходили в 33 школу. Там был госпиталь. Нас обучили на медсестер. Мы кормили раненых, перевязывали раны, писали письма. В выходные проводили в госпитале, на уроки оставалось мало времени.

В кинотеатре «Родина» был танцевальный сад шинного завода, в подвале было бомбоубежище. Мы бегали и туда, чтобы помочь при бомбежках. Когда бомбили мост через Волгу, было очень страшно. На нынешней улице Фурманова горели деревянные дома. Очень страшно было, когда горел шинный завод и элеваторы с хлебом за Волгой. Горело тогда с неделю. Пахло хлебом, а мы с радостью нюхали. Над мостом висели громадные аэростаты. Зенитчицы сбили фашистский самолет. Его поставили на Советской площади (ныне Ильинская), мы ходили смотреть.

Участвовали мы и в строительстве Бутусовского парка, возили песок на строительство Вологодской дороги. Питание было по карточкам. Однажды карточки у меня украли. Домой в деревню мы ходили за продуктами пешком 40 километров. По времени это было 6-7 часов в одну сторону. Возили мешками картошку и крупу. Хочется набрать побольше, а все не унесешь.

В Варегове на торфоразработках мы очень уставали. Добирались, если повезет, от станции в вагонах с торфом. Однажды мы на торфе задремали, приехали на территорию шинного завода. А там – кран с захватом на разгрузке. Мы очнулись от его грохота, закричали. Крановщик остановил разгрузку. В другой раз мы поехали домой. На военные поезда нас не сажали, мы запрыгивали на ходу, когда поезд притормаживал на повороте. Однажды не успели спрыгнуть, уехали в Данилов.