Перейти к основному содержанию

Краснова Евдокия Николаевна

1926 г.р.

Личные воспоминания.

В 1941 году я окончила семь классов в селе Великое Гаврилов-Ямского района Ярославской области. В первые дни войны из школьников 7-10 классов создали школьную бригаду для работы в колхозе. Споров не было. Село опустело, мужчины ушли на фронт. Работали и в поле, и дежурили у телефона в сельсовете, и посыльными были. Помню, осенью 1941 года через наше село гнали скот из западных областей (с Украины, Белоруссии). По дороге в селе был пруд. Коровы вошли в воду и выпили половину воды. Доить обессиленных дорогой коров позвали всех женщин. Были полные ведра молока, на землю начали сдаивать. Иначе корову можно загубить. В пастухах при стаде шли старый главный пастух, четыре подростка и несколько женщин. Великоселы их накормили, обогрели, дали одежду. Они очень благодарили. Стадо погнали дальше. Но многие коровы остались, так как идти дальше уже не могли.

В этом же 1941 году в село привезли детей из детских домов Ленинграда. Детей было много, на них было страшно смотреть. Темные лица и большие глаза. Дети молча смотрели на всех. Сбежалось все село. Женщины принесли еду. Но детям еду давать не разрешили, потому что те были голодны и их кормили по часам. Продукты люди отдали в детский дом, принесли одежду, обувь. Уже в сентябре мой отец говорил мне, чтобы я брала яблоки на завтрак не только себе, но и для детдомовских ребятишек. Мы детдомовцев приглашали к себе в гости, дружили. Ни ссор, ни драк не было. Житель нашего села Дубов Алексей Геннадьевич просил присылать к нему детдомовских детей для сбора черной смородины. Обе стороны были довольны.

Плохо было с учебниками и тетрадями. Из остатков обоев (тогда их называли шпалеры) мы шили тетради. В десятом классе на одиннадцать человек (десять девочек и один мальчик) у нас был один учебник истории. Учили предмет по графику: каждому давали книгу на 3-4 часа. Счастливой была та девочка, у которой «история ночевала». Можно было ночью почитать.

Все военные годы учебный год начинался для учащихся 8-10 классов не с первого сентября, а со второй четверти. Мы работали в разных колхозах. На побывку домой отпускали раз в неделю. В 1944 году я поступила в педагогический институт. Но работали в колхозе со школьной бригадой до 25 августа. А в институте после лекций мы шли на работу куда скажут. Например, в Ярославле набережная Которосли от «американского моста» у площади Богоявления до Стрелки построена студентами всех институтов. За учебу платили. В 8-10 классах – по 150 рублей в год, в институте – 300. Стипендия была 140 рублей. Хлеба выдавали по карточкам по 500 граммов в день, 1 кг сладкого в месяц и 1 кг крупы. А буханка хлеба на рынке стоила 150 рублей.

Каждую субботу после лекций мы ехали от Ярославля на поезде, а потом шли девять километров пешком до дома. На следующий день, нагруженные свеклой, картофелем и еще чем-нибудь, мы тащились в обратный путь. Легче стало, когда в 1944 году в Ярославль прибыла военная часть Северного флота. Нас иногда подвозили знакомые шоферы. Однажды мы попросили подвезти одного шофера самосвала. Он по пути потребовал оплатить, а денег у нас не было. Шофер рассердился и поднял кузов машины. Мы вывалились из кузова. И смех и грех.