Перейти к основному содержанию

Докторова Мария Сергеевна

Материал прислала Докторова Светлана Илларионовна.

Докторова Мария Сергеевна родилась в 1918 году в деревне Староселье Борисоглебского района. В семье было четверо детей: два старших брата и две сестры. С семи лет она работала в няньках, но только в летнее время, а в зимнее время ее брали валять валенки. В школе Мария Сергеевна закончила только 4 класса и с 12 лет уже трудилась.

В тридцатые годы в нашей местности начали образовываться колхозы, и бабушка и ее подруги пошли работать в колхоз. Совсем еще юные девушки и парни корчевали деревья, чтобы было больше земель под вспашку. Парни пилили деревья, а девчата перерубали топорами корни деревьев, а потом, обвязав веревками комли, вытягивали из земли. Довелось вместе с подружками работать и на заготовке сена, и на уборке картофеля и льна, и на телятнике, и на ферме.

Когда началась война 1941-1945 гг., исполнилось 23 года. К этому времени она со своей престарелой матерью перебралась жить в деревню Бабаево Угличского района. Старшие братья, жившие в это время под Ленинградом, ушли на фронт и погибли в самом начале войны.

В первые месяцы войны не верилось, что фронт может быть так близок. Но уже осенью 1941 года Ярославская область стала прифронтовой, так как враг подошел к Москве и занял часть соседней Калининской (ныне Тверской) области. Поэтому наша область стала важным пунктом и базой снабжения столицы и фронта. Начались налеты вражеских бомбардировщиков, приходили страшные новости о бомбежках воинских эшелонов под Рыбинском, под Ростовом. Часто над деревней пролетали самолеты, пытавшиеся бомбить Угличскую ГЭС.

Марию Сергеевну вместе с подругами отправили копать противотанковый ров в 2 километрах от ее родной деревни Бабаево, в лесу вдоль реки Устье. Этот ров и сейчас, значительно заросший, напоминает жителям о тех страшных временах.

Потом отправили в деревню Купань Переславского района, где она в течение 3 лет в летние месяцы работала на торфозаготовках. Она рассказывала маме, что вместе с ними там работали пленные немцы. На торфозаготовках работали без выходных, лишь изредка их отпускали побывать домой. Жили они в избах местного населения по 15-20 человек, спали на полу, на соломе. На обед давали «баланду» и 600 граммов хлеба на сутки. Иногда давали сухой паек, а если кто очень хорошо работал, тому к «баланде» еще давали несколько ложек каши. Завтракали и ужинали тем, что привозилось из дома. Поэтому раз в месяц, а то и реже из родной деревни приезжала подвода и привозила кое-какие продукты (картошку, муку, хлеб) и вещи, которые смогли собрать родители. Вот этими скудными «подарками» делились молодые девушки с пленными немцами, проявляя милосердие к изможденным, голодным пленным.

Вернувшись с торфозаготовок, в зимнее время, она работала на маслобойном заводе в деревне Кожлево Борисоглебского района. Работали по 20 часов в сутки без обеда. На заводе били масло, кипятили сливки. А чтоб кипятить сливки, надо было топить печи. Масло делали для фронта, упаковывали в ящики по 25 килограммов. Молоко привозили со всех окружных деревень. В день взбивали по 10 маслобоек, а в маслобойку входило 70 килограммов масла.

Работа для женщин была тяжелая, приходилось колоть дрова для топки печей, таскать бидоны с молоком, ящики с упакованным маслом. К концу смены руки уже не поднимались. Еще очень запомнилась ей странная обувь, которую они были вынуждены носить, работая на этом заводе. Пол был залит цементом, и работникам выдавали деревянные башмаки на 10 сантиметровой платформе. Девушки, глядя на эту обувь, смеялись сами над собой.

После войны Мария Сергеевна работала в колхозе разнорабочей. В пятидесятые годы она уехала в Купань, где и родилась моя мама Надежда Васильевна, затем семья переехала на 6 лет в Приморье. А в 1970 году она вернулась на родину.